А-П

П-Я

 https://www.dushevoi.ru/products/smesiteli/dlya_kuhni/s-dvojnym-izlivom/ 
 https://pompadoo.ru/product/4645-guerlain-shalimar/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Возможно, ее бросили у алтаря?В любом случае ее привела сюда какая-то трагедия.Мисс Рэмси напоминала ему учительницу из школы прошлого века: худое лицо, прямые волосы, которые в мерцании свечей приобретали какой-то волшебный, необычный оттенок. Лишенное изящества серое платье полностью скрывало фигуру мисс Рэмси даже от его опытного глаза. Она не пользовалась косметикой, и Трент отметил нетипичный для рыжеволосых женщин оливковый оттенок кожи. Взглянув внимательнее, Трент понял, что ошибся: волосы у нее были не рыжие, а цвета красного дерева, с красивым матовым блеском.Ее на удивление изящные руки не переставали вертеть серебряную ложку. Коротко остриженные ногти длинных пальцев не были накрашены. Трент считал себя крупным специалистом в области женских духов, но сейчас не ощущал ни одного из пятидесяти знакомых ему запахов. Слегка затемненные очки не позволяли определить цвет глаз собеседницы, и это его раздражало.Рэна не находила себе места под пристальным взглядом Трента, и ее беспокойство не осталось незамеченным. «Да, этой бедняжке явно необходима встряска, чтобы почувствовать истинный вкус жизни. Так почему бы не помочь ей? – подумал он. – Тем более что других развлечений в этом доме все равно не предвидится».– Мисс Рэмси, скажите, что вас заставило поселиться здесь?– Это вас не касается.– О! Вы со всеми так вежливы?– Нет, только с теми, кто имеет привычку совать нос не в свое дело.– Но, мисс Рэмси, я же здесь новенький. А новеньким всегда все прощается.Надо сказать, что миссис Бейли не зря гордилась своим племянником. Его действительно можно было назвать очаровательным, особенно когда он, словно обиженный ребенок, надувал губы.– Налить вам хересу? – Рэна приподняла хрустальный графин.– Вы, наверное, шутите. А пива нет?– Не думаю, чтобы у Руби водилось пиво.– Но виски-то у нее точно есть.– Я не знаю… – Рэна смутилась.– Да ладно, мисс Рэмси, я же член семьи. Вы можете со мной говорить откровенно, – сказал он, придвигаясь поближе. – Неужели наша старушка все еще потягивает тайком свой «Джек Дэниеле»?Прежде чем Рэна успела сообразить, что на такой провокационный вопрос ответить, в дверях появилась Руби, толкая перед собой тележку с серебряной посудой.– Вот и ужин! Вы, наверное, умираете от голода. Простите, что задержалась, но я ждала, пока допекутся булочки.Трент все еще тихо посмеивался над замешательством Рэны.– Трент, прекрати хихикать, – отругала его Руби. – Ты всегда был самым невоспитанным ребенком в семье и вечно за столом смеялся без причины. Выпрямись, пожалуйста, и займись хоть чем-нибудь полезным – например, разрежь мясо. Мисс Рэмси любит среднепрожаренное. Положи ей кусок побольше и не обращай внимания на ее протесты. Мне удалось немного ее откормить, но она все равно еще очень худая.Наконец Руби заняла свое место.– Ну вот, как хорошо! Как уютно в доме, когда все собираются за обеденным столом!Пытаясь не обращать внимания на взгляды Трента, который, очевидно, оценивал степень ее худобы, Рэна размышляла, удобно ли отказаться впредь есть вместе со всеми.У Трента оказался неплохой аппетит. Съев по две с половиной порции каждого блюда, он поднял руки вверх, как бы сдаваясь:– Пожалуйста, тетя Руби, не надо больше. Я не хочу набрать лишний вес.– Ерунда! У тебя растущий организм. Не могу же я отправить тебя в летний лагерь дистрофиком.Услышав это, Рэна чуть не подавилась и глотнула воды. Глаза слезились, но она тем не менее не стала снимать очки.– Дорогая, с тобой все в порядке? – забеспокоилась Руби.– Да-да, – сказала Рэна, с трудом проглатывая кусок. Придя наконец в себя, она посмотрела в сторону Трента и поинтересовалась:– А не слишком ли он большой для летнего лагеря?Найдя это замечание крайне забавным, Трент и Руби от души рассмеялись.– Речь идет о летних сборах, – объяснила Руби. – Разве я вам не говорила, что Трент – профессиональный футболист?– Кажется, нет, – смущенно ответила Рэна, расправляя салфетку на коленях.– Так вот, Трент играет в команде «Хьюстонские мустанги», – гордо заявила Руби, кладя худенькую руку на мускулистое плечо племянника. – Он самый главный игрок в команде.– Понятно.– А вы не любите футбол, мисс Рэмси? – поинтересовался Трент. Его слегка раздражало, что на Рэну сообщение тети не произвело ни малейшего впечатления. Между прочим, некоторые спортивные критики называли Трента чуть ли не лучшим защитником в профессиональном футболе, ставя его в один ряд с такими звездами, как Старр и Стобах.– Я в этой игре почти совсем не разбираюсь, мистер Гемблин. Но сейчас я, конечно, знаю о футболе больше, чем минуту назад.– То есть?– Теперь, например, я в курсе, что футболисты ездят в летний лагерь на сборы.На лице Трента расцвела довольная улыбка. У мисс Рэмси определенно есть чувство юмора, что может значительно облегчить его дальнейшее пребывание в этом доме. Кроме того, Трент с трудом припоминал, когда в последний раз его ужин проходил в такой приятной и расслабляющей обстановке. Ему не надо было стараться произвести благоприятное впечатление на тетю Руби – она и так от него в восторге. Что касается мисс здесь также не требовалось – Трент был уверен, что любой оказанный ей знак внимания не останется незамеченным.Впервые за многие годы расслабиться и быть самим собой в чисто женской компании – такое ему удавалось нечасто.– Как твое плечо, Трент? – обеспокоенно спросила Руби и поспешила объяснить мисс Рэмси:– Понимаете, он получил травму и отказывается лечиться. У него вывих плеча.– Не вывих, тетушка. Растяжение.– Ну хорошо, растяжение так растяжение. Доктор прописал ему покой, велел уехать подальше, оставить привычный круг общения, воздержаться от каких бы то ни было бурных развлечений. Необходимо, чтобы плечо зажило к поездке на сборы. Правильно я говорю, дорогой?– Правильно, тетушка.– И сильно болит? – вежливо поинтересовалась Рэна.Трент пожал плечами:– Да, иногда. Особенно когда перенапрягаюсь.
– Это чертово плечо никак не заживает, – жаловался ему Трент. – А я должен быть в отличной форме к поездке на сборы!Кусая губы от досады, он вновь и вновь возвращался к одной грустной мысли: если в этом сезоне он будет играть так же, как в предыдущем, тренер начнет искать ему замену.Обманывать самого себя Трент не любил, да и не умел. Ему уже стукнуло тридцать четыре. В этом возрасте из профессионального футбола уходят. Как хотелось отыграть еще один хороший – нет, отличный – сезон! Трент не желал покидать команду опустив голову, под перешептывания товарищей: «Он уже выдохся, но просто не может с этим смириться». В глубине души он был уверен, что есть еще порох в пороховницах. Нет, он приведет в порядок плечо и покинет большой спорт в лучах славы. Только так, и никак иначе.– Больше не приходи ко мне с жалобами, – строго сказал тогда доктор. – Том Тэнди рассказал мне, что плечо ты потянул, играя в теннис. В теннис, черт побери! Ты что, с ума сошел?Вздрогнув от боли, когда доктор ощупывал плечевые мускулы, Трент попытался оправдаться:– Мне было необходимо поработать над подачей.– Знаю я, над какой подачей тебе надо было поработать. Том также довел до моего сведения, как ты обрабатывал клубного тренера, женщину. И отнюдь не на теннисном корте.– Хорошие же у меня друзья!– Они тут ни при чем, это твоя вина. Послушай, дружище, – сказал доктор, подвигаясь поближе, – твое плечо никогда не придет в норму, если ты будешь вести подобный образ жизни. Согласен – сейчас межсезонье и ты заслужил право покутить. Но ты должен решить, что для тебя важнее – следующий сезон или та нескончаемая холостяцкая вечеринка, на которую стала похожа твоя жизнь. Кем ты хочешь быть: защитником команды – обладательницы Кубка кубков или просто бабником?В тот же день Трент позвонил тете Руби. «Это было единственно правильное решение», – думал он теперь, откинувшись на спинку стула и потягивая душистый кофе из фарфоровой чашечки. Ему действительно нужен отдых – нормальный режим и регулярное питание. Именно этого он ожидал от каникул в Галвестоне. С тетей Руби не придется скучать – в этом он был уверен, вспоминая, как еще мальчиком приезжал погостить к ней.А что касается мисс Рэмси, то она может оказаться даже забавной, если станет проще ко всему относиться. А почему бы ему не помочь ей в этом?– Чем вы зарабатываете на жизнь? – вдруг спросил Трент.– Трент! Что ты себе позволяешь? – возмутилась Руби. – Неужели твоя мать никогда не учила тебя правилам поведения? Или ты слишком долго общался с этими неотесанными мужланами – твоими товарищами по команде?– Мне просто интересно. – Обезоруживающая улыбка снова осветила его лицо. – Если мы с мисс Рэмси собираемся… жить под одной крышей, то, по-моему, мы должны лучше узнать друг друга.Взгляд темных глаз скользнул по ее телу, словно прокладывая огненную дорожку. Ощущение было не из обычных. По какой-то необъяснимой причине она почувствовала облегчение, узнав, что ее новый сосед не скрывается от неприятных процедур, сопутствующих бракоразводному процессу, хотя это и не исключало вероятности того, что он женат.Она даже испытывала к нему нечто вроде жалости. Достаточно хоть немного разбираться в профессиональном спорте, чтобы понять, чем может закончиться для спортивной карьеры такая травма, как растяжение плеча.Однако когда Рэна поймала на себе очередной взгляд нового постояльца – взгляд хищника, выслеживающего добычу, – чувство сострадания мгновенно улетучилось, и его место заняла неприязнь, а вместе с ней вернулось решение держаться от Трента подальше.– Я – художник, – сухо ответила она.– Художник? А на чем вы рисуете – на холсте или на стенах?– Ни на том, ни на другом. – Рэна сделала глоток кофе, выдерживая театральную паузу. – Я расписываю ткани.– Ткани? – удивленно переспросил Трент.– Да, ткани, – ответила Рэна, пристально глядя на него из-за затемненных стекол.– Она гениальна, – весело вмешалась в разговор Руби. Весь вечер она надеялась, что Тренту удастся заставить мисс Рэмси расслабиться, но этим надеждам не суждено было сбыться: уже с самого начала ужина Рэна замкнулась еще больше обычного.– Ты бы видел ее работы! – с энтузиазмом продолжала Руби. – Она трудится с утра до ночи, хотя я ей настоятельно рекомендую почаще выезжать, общаться с ровесниками.– Вы работаете здесь, в доме? – спросил Трент, не отрывая от Рэны глаз.– Да, я оборудовала гостиную моих апартаментов под мастерскую. Там хорошее освещение.– Я очень плохо в этом разбираюсь. – Вытянув ноги под столом, он случайно задел мисс Рэмси. Рэна поспешно отодвинулась. – Расскажите поподробнее: как расписывают ткань? Какую? Что при этом используют?Рэна улыбнулась – ей был приятен такой интерес.– Я покупаю одежду и ткани на складе, затем вручную наношу оригинальный узор.– Разве такая… одежда пользуется спросом? – Трент скептически усмехнулся.– Поверьте, мистер Гемблин, я не бедствую, – выпалила Рэна, рывком отодвигая стул и поднимаясь. – Спасибо, Руби. Ужин был, как всегда, превосходным. Спокойной ночи.– Неужели вы покинете нас так рано? – забеспокоилась хозяйка, заметив резкую перемену в настроении мисс Рэмси. – Я надеялась, что мы еще выпьем по чашечке чая в гостиной.– Простите, но сегодня я очень устала. До завтра, мистер Гемблин.Холодно кивнув ему на прощание, Рэна гордо прошествовала через столовую.– Черт возьми! – проворчал Трент. – Какая муха ее укусила?– Трент, не будь грубияном! – воскликнула Руби. – Подожди! Что ты?.. Куда ты…Не обращая внимания на удивленные причитания тетушки, Трент резко встал и вышел с таким же недовольным выражением лица, с каким покинула столовую мисс Рэмси.Тренту ничего не стоило догнать ее – он поравнялся с Рэной как раз в тот момент, когда она была у лестницы.– Мисс Рэмси!Его голос был подобен пожарной сирене – такой же громкий и властный.Уже занеся ногу на ступеньку, Рэна застыла и обернулась.Не успела она опомниться, как Трент оказался рядом.– Вы не дали мне возможности выразить, насколько приятно мне было ваше общество.Несмотря на ярость, с которой он с трудом справился, в его голосе слышались обволакивающие бархатные нотки. Ни одна женщина не уходила так просто от Трента Гемблина.– Я очарован вами, мисс Рэмси, – сказал Трент и галантно поцеловал ее руку.Рэна чувствовала себя так, будто кто-то ударил ее в солнечное сплетение. Выдернув руку, она холодно кивнула и стремительно зашагала вверх по лестнице.Поглядев на довольную улыбку вернувшегося в столовую Трента, Руби строго сказала:– Что-то не нравится мне твое выражение лица.Трент сел и налил себе кофе из серебряного кофейника.– Мисс Рэмси – недотрога, старая дева, но от этого она не перестает быть женщиной.– Надеюсь, ты не собираешься выходить за рамки приличий, а будешь относиться к моей гостье в высшей степени уважительно. Она хорошая женщина, но уединение ценит превыше всего. За все время, что она провела здесь, мне ровным счетом ничего не удалось узнать о ее личной жизни. Наверное, с ней приключилось какое-то несчастье. Пожалуйста, не обижай ее.– Да мне бы и в голову не пришло подобное! – сказал Трент с улыбкой, которую с трудом можно было назвать искренней.Руби не стала сомневаться в правдивости его слов, поскольку души не чаяла в своем племяннике.– Ну вот и договорились. А теперь будь хорошим мальчиком – пойдем со мной на кухню. Пока я буду мыть посуду, ты расскажешь мне, чем занимался последнее время.– Даже о самом неприличном?Руби хихикнула и потрепала его по щеке.– Об этом – в первую очередь.
Следуя за тетушкой на кухню, Трент все еще думал о мисс Рэмси. Как, кстати, ее зовут? От него не ускользнуло то, что ее одежда, которую постеснялась бы надеть даже бродяжка, скрывала потрясающе грациозную фигуру. Мисс Рэмси обладала гордой осанкой. Ее руки нуждались в маникюре, но были изящными и хрупкими. Непонятно почему, но ему доставило огромное удовольствие коснуться ее губами, несмотря на огрубевшую кожу и легкий запах краски и растворителя.А тем временем наверху, в апартаментах, занимающих восточное крыло, Рэна готовилась ко сну. Уже полгода она почти не подходила к зеркалу, но сегодня внимательно разглядывала свое отражение в высоком старинном трюмо.Покидая Нью-Йорк, она при росте 173 сантиметра весила чуть больше 50 килограммов. Благодаря кулинарным изыскам хозяйки и буквально принудительному кормлению за последнее время она поправилась на четыре с лишним килограмма. Конечно, на первый взгляд она все равно казалась худой, но плавный изгиб бедер, чуть располневшая грудь делали Рэну более женственной.Изменения коснулись и ее лица. Четко очерченные скулы, придававшие неповторимое очарование лицу Рэны, фотографии которого не сходили с обложек ведущих журналов мод, теперь были обрисованы мягче.Рэна сняла очки – прятаться сейчас было не от кого. Из зеркала на нее смотрела пара зеленых, как изумруды, глаз. Именно они когда-то заставили тысячи женщин скупить всю новую коллекцию теней для век под названием «Лесные самоцветы». Искусный макияж делал эти глаза неотразимыми. Да и сейчас, без косметики, их правильная миндалевидная форма привлекала взгляд. Пожалуй, если она все еще хочет оставаться неузнанной, без очков не обойтись.Заставив себя улыбнуться, Рэна заметила, что передние зубы чуть заметно искривились. Узнай об этом Сюзан Рэмси, мать Рэны, ее бы точно хватил удар.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18
 смотрите тут 

 керамогранит глянцевый на отличном сайте Декор Маркет