А-П

П-Я

 ванны калуга 
 духи том форд в pompadoo 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

А после этого попьем кока-колы. Идет? – Фейт настороженно посмотрела на дверь, и Хейли, перехватив этот взгляд, добавила:– Народ, должно быть, уже разошелся. Я велела охраннику, чтобы он занялся этим. Не можем же мы целый день торчать в туалете, верно?Фейт засмеялась, опустила майку и скрестила руки на груди, чтобы не свалился компресс, а Хейли краешком мокрого полотенца вытерла ей лицо. Теперь о происшедшем свидетельствовали лишь опухшие глаза и покрасневший носик девчушки.Хейли обняла рукой ее хрупкие плечи, и они бок о бок вышли на улицу. Как и ожидала женщина, никого из зевак возле входа не осталось. Отец Фейт, словно статуя, стоял неподалеку, не сводя застывшего взгляда с двери, но ожил сразу же, как только увидел дочь, и кинулся в их направлении.– Фейт, с тобой все в порядке? – взволнованно обратился он к дочери.– Да, папа, все хорошо, – застенчиво ответила та.– Так какого… э-э-э… Что же все-таки случилось?Понимая, что сейчас не время для перекрестного допроса, Хейли вмешалась:– Я отвезу Фейт в медпункт. С ней, по-моему, все хорошо, но хотелось бы в этом убедиться. – И с этими словами она повела девочку к предусмотрительно доставленному Доусоном электрокару – такому, на которых ездят по полю для игры в гольф.– Эй, послушайте, мисс…– Мистер Доусон с удовольствием покажет вам дорогу до медпункта, – холодно прервала говорившего Хейли и, нажав на педаль, ловко объехала группу шумливых подростков. Кинув через плечо последний взгляд на мужчину, она увидела, что отец девочки стоит, уперши руки в бока. Сейчас, наверное, этот посетитель с превеликим удовольствием задушил бы ее – таким уничтожающим взглядом он проводил их.К тому времени, когда Хейли и Фейт подъехали к медпункту, что располагался на служебной территории, они уже успели стать подругами и, беззаботно болтая, вошли в маленькое кирпичное строение. Поскольку медсестра была занята, пытаясь привести в чувство какого-то перегревшегося на солнце старичка, Хейли отвела девочку в пустой процедурный кабинет.– Если будет больно, скажи, – предупредила она, осторожно накладывая вязкую мазь на больное место на груди Фейт. Не успела Хейли закончить, как грохнула входная дверь и в приемной послышались торопливые, решительные шаги.– Это папа, – несчастным голосом проговорила Фейт. – Он меня убьет.– Я сама с ним поговорю, – успокоила девочку Хейли. – А теперь – хочешь коку?– Ага. А можно я ее здесь попью? Хейли улыбнулась. Ей была понятна боязнь девочки видеться с отцом.– Можешь оставаться здесь столько, сколько захочешь.Закрыв за собой дверь, женщина лицом к лицу столкнулась с отцом Фейт, который нетерпеливо вышагивал взад-вперед перед столом дежурной медсестры.– Где она? – рявкнул он, только завидев Хейли.Никогда еще ей не доводилось видеть большего грубияна, чем этот тип.– В процедурной, – ответила Хейли и направилась к стоявшему в противоположном углу холодильнику. – Я обещала принести ей коку.– Коку! – взорвался он. – После всего этого ее еще и кокой поить?Хейли не произнесла ни слова. Открыв банку, она прошла мимо него, как мимо пустого места, и вновь скрылась в процедурной. Фейт сидела на кушетке для обследований, смотрела на плакат, призывавший к борьбе с курением, и болтала своими худенькими ножками.– Спасибо, – вежливо поблагодарила она, когда Хейли вручила ей банку с шипучим напитком.Внимательно посмотрев на девочку, женщина спросила:– А где твоя мама, Фейт? Та опустила голову на грудь и едва слышно ответила:– Умерла. Несколько месяцев назад. Так Хейли и думала!– Наверное, мне стоит рассказать твоему папе про пчелиный укус, как ты считаешь?Фейт обреченно кивнула. Женщина ободряюще похлопала ее по коленке, выскользнула из процедурной и плотно закрыла за собой дверь.Отец Фейт сидел на краешке обтянутой дерматином кушетки, но, увидев Хейли, тут же вскочил на ноги.– Можете не торопиться, – охладила она его пыл, – мне еще нужно составить акт о случившемся. – Женщина уселась за письменный стол и взяла стандартный бланк, который необходимо было заполнить, чтобы отчитаться о происшествии. Она делала вид, будто не замечает, что мужчина уже чуть ли не дымится. – Итак, что…– К черту ваши дурацкие акты, мисс Эштон! Я хочу знать, что случилось с моей дочерью! Отвечайте немедленно!Его голос уже не громыхал, как прежде, однако теперь в нем звучали зловещие нотки. Он стоял в двух шагах от Хейли, широко расставив руки и опершись ими о поверхность стола. И тут, подняв глаза, Хейли впервые взглянула на него как на мужчину, а не просто на очередного скандалиста, превратившего обычный размеренный день в бедлам.Холодные серые глаза, нос прямой и тонкий, с красиво очерченными ноздрями, губы сжаты в узкую полоску. В иной ситуации они, очевидно, могли быть нежными и чувственными. Тяжелый подбородок и крепко сжатые челюсти свидетельствовали об упрямстве и указывали на недюжинную силу воли, не сулившую ничего хорошего тому, кто решился бы ее испытать. Посеребренные на висках волосы мужчины были по-прежнему взлохмачены, однако даже в этом можно было найти некую прелесть.Синяя рубашка-поло туго обтягивала широкую грудь и мощные бицепсы, слаксы, по цвету чуть темнее рубашки, как влитые сидели на узких бедрах и стройных ногах, в треугольнике расстегнутого воротничка виднелись темные волосы, которые, судя по всему, покрывали всю его крепкую грудь.Сейчас, нависнув над Хейли, он выглядел совсем иначе, нежели там, в окружении толпы зевак. Он излучал внутреннюю силу, противостоять которой осмелился бы разве что круглый дурак. Этот, по всему видно, решительный человек словно бросал миру вызов. Хейли сглотнула комок в горле и, надеясь на то, что профессиональные навыки не подведут ее, стала объяснять:– Фейт ужалила пчела. Я наложила на укус обезболивающую мазь. Сейчас девочка отдыхает.Мужчина облегченно вздохнул, выпрямился и утер вспотевший лоб тыльной стороной руки. Однако, сообразив, что его дочери ничего не угрожает, вновь набросился на Хейли:– Так за каким же чертом был весь этот шум? Почему она просто не сказала мне о том, что произошло, вместо того чтобы убегать и куда-то прятаться?– Пчела залетела ей под майку и ужалила девочку в грудь. – Хейли многозначительно посмотрела на собеседника, однако его лицо ничего не выражало. – Ваша дочь постепенно превращается в маленькую женщину, мистер…– Скотт.– Мистер Скотт. И она не может не замечать тех изменении, которые происходят с ее телом. Все дело в том, куда именно ее ужалила пчела. Девочке было стыдно сказать вам об этом, она застеснялась. А боль от укуса скорее всего ни при чем.– Но это же чушь! Мне прекрасно известно, как выглядит женская грудь.По некой причине, о которой Хейли не хотелось даже думать, у нее вдруг выступила испарина и перехватило дыхание. Ей стало стыдно за то, что она ведет себя так же по-детски, как Фейт.– Возможно, это чушь для вас, мистер Скотт, но не для впечатлительной, эмоциональной девочки одиннадцати лет. Для нее просто немыслимо… показать вам грудь.– Но я же ее отец! – выпалил он, не в силах постичь хитросплетений женской логики.– И тем не менее, мистер Скотт. Я знаю, вам нелегко это понять, но все же постарайтесь. Фейт очень огорчена. Она боится, что ей попадет.Скотт вполголоса выругался и тяжело опустился на кушетку. Рассеянно потер свой упрямый подбородок – мужчина, пытающийся понять нечто для него недоступное. Однако, когда он вновь поднял взгляд на Хейли, она увидела, что в его серо-стальных глазах что-то смягчилось.– Да, наверное, я повел себя слишком… бурно.Впервые в разговоре с этим человеком Хейли улыбнулась от чистого сердца.– Это можно понять. Извините меня, но я спросила у Фейт о ее матери. Она сказала мне, что вы недавно потеряли свою жену.– Она не была мне женой. – Увидев, как побледнело и вытянулось лицо Хейли, Скотт пояснил:– Мы были женаты до рождения Фейт, но вскоре после этого развелись. Фейт все время жила с матерью, но несколько месяцев назад Моника погибла – это был несчастный случай, и теперь дочь живет со мной. – Большой рот мужчины скривился в растерянной улыбке. – Как видите, я до сих пор постигаю родительскую науку, – развел он беспомощно руками.Хейли посмотрела на свои руки, а затем вновь перевела взгляд на собеседника.– Растить ребенка одному – тяжелая задача для любого. Наверное, вам с Фейт еще придется долго притираться друг к Другу.Почему она так раскованно разговаривает с этим человеком на столь щекотливую тему? Да к тому же сама начала этот разговор! Стоит ли ей сказать ему еще одну вещь, дать еще один совет, о котором ее никто не просит?– Запомните, пожалуйста: нет существа более чуткого, ранимого и требующего терпения, нежели взрослеющая девочка.– А вот и есть. – Густые брови Скотта сошлись над глазами, в которых вдруг заплясали озорные огоньки. – Взрослый мальчик, который хочет ухлестнуть за взрослой девочкой.Зеленые глаза Хейли моментально прикрылись ресницами, а еще недавно бледные щеки залил густой румянец. Чтобы не встречаться с испытующим взглядом Скотта, она повернулась к пишущей машинке и как только могла строго сказала:– Мне пора возвращаться в офис, но сначала я должна составить акт. – Выставив на машинке поля нужной ширины, она сухо спросила:– Ваше полное имя?– Скотт. Тайлер Скотт.Пальцы Хейли словно примерзли к клавишам, сердце подпрыгнуло к самому горлу, а тело стала бить мелкая дрожь. Боковым зрением она увидела, как Тайлер Скотт встал с кушетки, обошел письменный стол и остановился прямо напротив нее. Хейли смотрела перед собой и видела искусно сделанную пряжку ремня на его талии, мощный торс и крепкую широкую грудь.Наконец их глаза встретились. Скотт смотрел на нее удовлетворенным взглядом победителя.– Совершенно верно, мисс Эштон, – спокойно проговорил он, – я – владелец этого парка. Глава 2 Лист был выдернут из каретки даже без помощи рычажка, освобождающего бумагу, скомкан в шарик и – через всю комнату – отправлен по воздуху в самый центр мусорной корзины с точностью, которой мог бы позавидовать Уилт Чамберлен.– Думаю, на сей раз мы сможем обойтись без обычной бумажной волокиты, мисс Эштон. Как вы считаете? – холодно спросил он. – Тем более что через некоторое время этот акт окажется на моем письменном столе, а я и без того знаю, что случилось. Не думаю, что парк «Серендипити» должен нести ответственность за действия пчелы-одиночки, которая к тому же делала то, что ей положено делать. Тем не менее, я велю опрыскать кусты жимолости репеллеитом, чтобы подобное не случалось впредь.Говоря все это, Скотт расхаживал по комнате, засунув руки в карманы и с неподдельным интересом разглядывая развешанные по стенам плакаты и напоминания. Хейли сидела за пишущей машинкой как приклеенная. Что она наговорила этому человеку? Была ли она груба с ним? Да, была. Она намеренно и в течение долгого времени не сообщала ему, что произошло с его дочерью. Она заставила его пройти пешком долгий путь от «Сайдуиндера» до медпункта. Господи, как ей повезет, если завтра утром она еще не будет уволена. Ведь он может вышвырнуть ее прямо сейчас!– А вот что действительно заслуживает моего пристального внимания, так это то, как мои служащие ведут себя в экстренных ситуациях. В противном случае это безответственность по отношению к посетителям нашего парка, не правда ли?Впервые с того момента, как он представился, Хейли открыла рот, однако голос ее больше напоминал испуганный комариный писк:– Да, правда.«Вот оно, начинается, – подумалось ей. – Сейчас он либо разнесет меня в пух и прах и установит испытательный срок, либо сразу же уволит. Но ведь он сам спровоцировал эту грубость!» – стала придумывать она аргументы в свою пользу. Хейли продолжала ругать себя за нотации, которые читала хозяину, как вдруг заметила, что он подошел к процедурной и осторожно постучал в дверь.– Фейт, – позвал мужчина. – Как ты там? Я все еще хочу прокатиться на «Сайдуиндере».Дверь приоткрылась, и из нее с печальной мордочкой вышла пострадавшая. Скотт мягко улыбнулся дочери и приподнял ее головку за подбородок.– Привет, малыш. Ты заставила меня здорово поволноваться. Тебе уже лучше?– Да, папа. Извини, я так глупо себя вела. Мне было слишком… Ну… Я была…– Не надо ничего объяснять. Поблагодари мисс Эштон и пойдем. Если ты, конечно, не хочешь просидеть остаток жизни в процедурной.– Нет, – улыбнулась Фейт. Со стороны казалось, что ей страшно хочется прыгнуть отцу на шею и повиснуть на нем, однако что-то ее удерживало. Вместо этого девочка повернулась к Хейли, которая по-прежнему сидела за письменным столом, будто превратившись в соляной столб.– Спасибо, Хейли. Даже не знаю, что бы я без тебя делала. Ты – просто класс!– Спасибо за комплимент. Я рада, что оказалась поблизости и смогла тебе помочь. Не беспокоит ли тебя укус?– Не-а, вообще не болит.– Смотри, чтобы ранка не воспалилась. Иногда укусы насекомых могут оказаться очень серьезными. – Превозмогая охватившие ее страх и оторопь, Хейли перевела взгляд на отца Фейт и своего хозяина. – Мистер Скотт, может быть, вам стоит купить в аптеке какую-нибудь специальную мазь?– Хорошая мысль, мисс Эштон. Как вы думаете, какую именно?Дрожащими руками Хейли нацарапала на клочке бумаги название мази и протянула Скотту, однако вместо того, чтобы взять его, он обхватил запястье Хейли и в упор посмотрел на нее.– Мы еще встретимся, – многозначительно проговорил он своим низким голосом и только потом выхватил из ее пальцев записку.– Фейт, – позвал он дочь, и они рука об руку вышли в полдневный зной, в то время как Хейли осталась дрожать в прохладной приемной медпункта. Впрочем, причиной этой дрожи, что сотрясала все ее тело, был вовсе не холод.Как же можно было оказаться до такой степени слепой! Хейли почувствовала раздражение по отношению к Скотту с первого же взгляда. Она грубила ему, получала какое-то болезненное удовлетворение, доводя до белого каления! Намеренно, с потаенным наслаждением заставила его идти по солнцепеку, хотя в электрокаре вполне хватило бы места на троих! А ведь никогда раньше Хейли Эштон не относилась к другим людям так наплевательски!Она сделала запись в журнале медсестры, вкратце изложив суть происшедшего, и вышла из медпункта. Стоит ли ей позвонить руководителям других подразделений и сообщить, что их общий наниматель находится в парке? Нет! Она и без того навлекла на себя гнев мистера Скотта, так что теперь до того момента, пока он сам не даст о себе знать, лучше быть тише воды и ниже травы. Остается только надеяться, что если ее коллеги наткнутся в парке на хозяина, то поведут себя более благоразумно, нежели она.Хейли быстро пересекла служебную территорию, не глядя по сторонам. Проработав в парке «Серендипити» четыре года, она знала его многочисленные дорожки, ручейки, лавочки, закусочные, театры и аттракционы как свои пять пальцев. Ничего удивительного: без этого Хейли просто не смогла бы выполнять свои служебные обязанности.Хейли была помешана на добросовестном отношении к работе и славилась среди коллег своей компетентностью. То-то все удивятся, когда ее уволят за то, что она нахамила посетителю, который в придачу оказался Тайлером Скоттом!После того как Хейли проработала в «Серендипити» год, парк был продан компании «Скотт энтерпрайзез» из Атланты и превратился в частичку гигантской империи, принадлежавшей этому человеку.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22
 мужское нижнее белье 

 kyrah cerdomus 
 акриловая ванная цена