А-П

П-Я

 Обращался в магазин Душевой ру 
 https://pompadoo.ru/catalog/duhi/sergio-tacchini/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Они либо хотят все делать сами, либо вообще ничего не хотят делать. Так к какому типу относится Кавано?
— Он вообще ничего не хочет делать. Лила понимающе фыркнула.
— Ты его за это винишь? — В голосе Теда послышались нотки обиды.
Его свояченица не задержалась с ответом:
— Обвинения не входят в мои обязанности, Тед. Я должна заставить работать мышцы пациентов, а не утешать их, когда они оплакивают то, что потеряли.
Тед провел рукой по волосам.
— Я понимаю. Прости. Только… Черт возьми, если бы ты видела его лежащим на этой проклятой кровати! Он не может двигаться и выглядит таким… жалким.
Выражение лица Лилы немного смягчилось.
— Я вижу таких больных каждый день. И многие из них выглядят куда более жалкими, чем Адам Кавано.
— Я в этом не сомневаюсь. — Тед вздохнул. — Я не хотел сказать, что Адам Кавано нуждается в твоей помощи больше других пациентов или что ты не умеешь сочувствовать.
— Просто Адам наш друг, — взволнованно добавила Элизабет. — Наш очень близкий друг.
— А мне он неприятен, — напомнила им Лила. — С нашей первой встречи мы почувствовали взаимную неприязнь. Ты не могла об этом забыть, Лиззи. Ты же сама представила нас друг другу в тот день в «Фантазии».
— Я не забыла.
— А помнишь вашу свадьбу? Мы с Адамом едва сумели протанцевать единственный положенный вальс. Еще чуть-чуть, и мы бы подрались.
— Он обвинял тебя в том, что ты ведешь в танце.
— Так и было! Мне не понравилось, как он меня вел. — Элизабет и Тед обменялись понимающими взглядами. Если бы ситуация не была настолько сложной, они бы наверняка сумели посмеяться над таким необычным рассказом об их свадебном торжестве. — А последний раз, на Рождество, когда я приехала утром, он тут же придумал какой-то липовый предлог и немедленно уехал.
— Только после твоей остроты насчет того гуся, что он привез.
— Да я только сказала, что за те безумные деньги, что Кавано за него заплатил, этому гусю могли хотя бы отрезать голову.
— Адам обиделся, Лила, — терпеливо пояснила Элизабет. — И я его не виню. Он хотел сделать нам приятное, привез гуся. Его приготовил один из поваров в гостинице и…
— Дамы, прошу вас. — Тед прервал перепалку между сестрами. Когда женщины замолчали, он обратился к Лиле:
— Мы понимаем, что вы с Адамом не выносите друг друга. Но мы также считаем, что, учитывая обстоятельства, о личной неприязни можно было бы забыть.
— Но речь идет о моих чувствах. Как методист по лечебной физкультуре я обязана быть с ним ласковой и милой. А он может вести себя как последний мерзавец, и ему все сойдет с рук.
— Может быть, и так, Лила, но на карту поставлена жизнь человека.
— Пока, слава богу, Адам Кавано еще жив.
— Но он сам не считает свое существование жизнью. Ты же знаешь, какой Адам амбициозный. Он всегда был таким энергичным и стремительным, не мог усидеть на месте, постоянно что-то придумывал, усовершенствовал.
— Но Кавано мог бы стать таким снова, — не согласилась с Тедом Лила. — Врачи говорили ему, что в его ситуации можно и нужно бороться.
— Но им не удалось убедить в этом Адама. А пока он сам в это не верит, слова врачей не имеют никакого значения. И переубедить Адама необходимо как можно быстрее. Один из докторов говорил мне, что, чем позже Адам начнет заниматься лечебной гимнастикой, тем меньше надежд на выздоровление, — Совершенно верно.
Элизабет встала и подошла к сестре. Взяв ее руки в свои, она сказала:
— Пожалуйста, Лила. Я понимаю, что прошу о многом, но разве плохо поработать на Гавайях?
— Это нечестно, Лиззи. Кто же устоит перед перспективой побывать на Гавайях, да еще когда об этом просит беременная женщина, тем более сестра.
Элизабет улыбнулась, но ее глаза остались серьезными.
— Прошу тебя!
— Но мне придется на неопределенное время взять отпуск на работе. — Теперь уже Лила цеплялась за соломинку, сама понимала это и все равно чувствовала себя обязанной сопротивляться из последних сил. — Мне придется бросить моих пациентов в середине лечения.
— В вашей больнице много квалифицированных специалистов, они прекрасно о них позаботятся.
— Так вот и наймите кого-нибудь из них, чтобы возиться с вашим знаменитым магнатом.
— Никто не сравнится с тобой.
— Лесть чистой воды!
— Ты будешь получать втрое больше, чем сейчас.
— Подкуп!
— Ты вернешься с потрясающим загаром.
— Принуждение! — Оглядев сестру и зятя подозрительным взглядом, Лила попросила:
— Не обманывайте меня. Сколько методистов уже работали с Кавано и отказались от него?
— Я не уверена…
— Трое. — Тед не дал Элизабет солгать. Она обреченно взглянула на мужа. — Нет смысла врать, — он пожал плечами. — Лила все равно узнала бы, как только добралась бы до места.
— Но тогда между нами уже был бы Тихий океан.
Лила засмеялась:
— Значит, трое? Господи, он еще хуже, чем я думала. И почему они ему не понравились?
— Первым был мужчина, — объяснил Тед. — Адам заявил, что его руки как кувалды и вообще он как будто только что из военной казармы.
— Какой милый мальчик. — Лила состроила гримасу. — Продолжай.
— Вторая выбежала из его палаты в слезах. Мы точно не знаем, что он ей сказал.
— Так, женщина. Молодая? — Тед кивнул, подтверждая догадку Лилы. — Могу себе представить. Вы бы удивились, если бы узнали, насколько непристойные предложения делают паралитики. А что случилось с третьим?
Тед поморщился:
— Они снова попробовали пригласить мужчину, но Адам заявил, что он… гм…
— Гомосексуалист, — помогла зятю Лила.
— В общем, да.
Покачивая головой, Лила заметила:
— Это просто классический случай, поверьте мне. — Она встала, засунула руки в карманы и повернулась к Теду и Элизабет спиной. Лила подошла к окну и посмотрела на улицу. Третий день подряд моросил дождь, вокруг было по-осеннему серо. Гавайи стали бы отличной возможностью сменить климат и обстановку.
Неужели она серьезно обдумывает возможность работать с Адамом Кавано, человеком, при одном упоминании о котором она всегда морщилась?
Но ведь он стал жертвой несчастного случая, получил серьезную травму. Сможет он снова ходить или нет, это еще вопрос. Очень многое будет зависеть от степени и характера повреждений позвоночника и от лечебной физкультуры. А Лила настоящий мастер своего дела, это она и сама хорошо знала.
Она повернулась к Элизабет и Теду:
— Вы уже обсуждали этот вопрос с персоналом больницы в Гонолулу?
— Да, они дали нам разрешение.
— И только я одна буду заниматься с ним лечебной гимнастикой? Никто не станет задавать мне вопросов о моей методике, никто не будет за мной наблюдать, мешать мне, опекать меня?
— А что ты собираешься делать с несчастным парнем?
Лила улыбнулась настороженному вопросу Теда.
— Если врачи считают, что он может снова ходить, он меня возненавидит прежде, чем сможет самостоятельно передвигать ноги. Он будет ругаться, плакать и пройдет через настоящий ад. Но то же самое ожидает и меня.
Элизабет нервным жестом сложила руки на животе.
— Но ты же не станешь… Я хочу сказать, конечно, вы с Адамом не слишком любите друг друга, но ты же не будешь…
— Намеренно причинять ему боль? — сердито закончила за сестру Лила. — Не думай обо мне так плохо, Лиззи. Возможно, я не слишком мягкосердечна, но в работе меня не в чем упрекнуть.
— Разумеется, нет, прости меня. — Элизабет потерла виски. У нее разболелась голова от волнения. — Я знаю, что ты сделаешь для Адама все, что в твоих силах.
— Я еще не дала согласия.
— Но ты поедешь к нему?
— Кто мне платит? Он?
— Сейчас его финансовыми делами занимаются помощники, но деньги для тебя будут переводить с личного счета Адама, а не со счетов корпорации.
— Хорошо. Кавано сможет мне заплатить. Тысяча долларов в день. — Глядя на изумленные лица родственников, Лила быстро заговорила:
— Не думайте, что я их не отработаю. Мне следовало бы платить в два раза больше. Итак, тысяча долларов в день плюс оплата моего перелета и проживания на Гавайях.
— Я согласна, — ответила Элизабет, понимая, что на такие расходы легко согласятся преданные служащие Адама.
— И Кавано не будет иметь права меня уволить. Никто не сможет меня уволить, кроме тебя.
— Отлично. Значит, ты принимаешь предложение?
Лила посмотрела на потолок, произнесла нечто, заставившее Элизабет порадоваться, что дети остались дома, и на выдохе выпалила:
— Да, черт побери. Как я могу устоять перед таким искушением? Адам Кавано окажется в полной моей власти…
— Здесь наверняка какая-то ошибка. Кавано. К-а-в-а-н-о. Имя Адам.
— Мне отлично знакома эта фамилия, — снисходительно ответил дежурный. — Но, как я вам уже сказал, мистера Кавано выписали из нашей больницы.
Лила перевесила тяжеленную сумку с одного плеча на другое.
— Этот человек парализован. Вы же не собираетесь мне сказать, что он вот так запросто взял и ушел.
— Я не вправе обсуждать состояние здоровья наших пациентов.
— Тогда вызовите сюда кого-нибудь, кто может это сделать. И поживее.
Дежурный выполнил просьбу Лилы, но отнюдь не спешил. Прошло целых сорок пять минут, прежде чем к Лиле, сидевшей на диванчике в холле и кипевшей как вулкан, подошел врач:
— Мисс Мэйсон?
Лила отбросила в сторону иллюстрированный журнал, который за время ожидания успела выучить почти наизусть.
— Да, это я. А кто вы?
— Меня зовут Бо Арно.
— Вы шутите.
— Боюсь, что нет. Прошу прощения, что вам пришлось так долго ждать. — И он примирительно улыбнулся. Но Лила не ответила на его улыбку, и врач снова стал серьезным. — Мы не могли бы с вами побеседовать?
Он решил было помочь девушке с чемоданом, но Лила ему не позволила. Она сама втащила чемодан и сумку в лифт и хранила суровое молчание, пока они поднимались на шестой этаж. Усевшись в кресло в его кабинете, Лила все-таки согласилась выпить чего-нибудь холодного и кивком поблагодарила секретаршу, принесшую напиток. Сделав первый глоток, Лила поинтересовалась:
— Адам Кавано все еще в больнице?
— Нет, его здесь нет.
Лила выругалась сквозь зубы.
— Следовательно, кто-то все перепутал.
Мне платят деньги, чтобы я занималась с ним лечебной физкультурой. Я только что преодолела несколько часовых поясов и целый океан, и все впустую.
— Мы не смогли вовремя до вас дозвониться, и за это я приношу свои извинения.
Вчера утром мистер Кавано потребовал, чтобы его выписали. У нас не было оснований для отказа. — Арно развел руками, давая понять, что оказался бессилен в этой ситуации. — Он отправился в свой дом на Мауи.
— В каком состоянии был Адам Кавано, когда уезжал?
— В очень плохом. Он все еще парализован. Я умолял его подождать до тех пор, пока нам будет известно больше. Но Кавано ответил, что и так уже знает достаточно и смирился с тем, что до конца дней останется прикованным к постели паралитиком. Поэтому он настаивал на том, чтобы его перевезли домой. Честно говоря, мисс Мэйсон, меня куда больше беспокоит его психическое состояние, чем физическое, тем более что я уверен, что это состояние временное.
— Позвоночник не был сломан?
— Нет. Серьезно травмирован, да, но я не сомневаюсь, что, как только спадет опухоль и пациент начнет занятия лечебной физкультурой, все функции постепенно восстановятся.
— Ну, от восстановления функций до занятий альпинизмом слишком большое расстояние. Я полагаю, что именно так рассуждает и Кавано.
— Уверен, что вы правы, — согласился доктор. — Он требует от нас и от вызванных с материка специалистов стопроцентной гарантии того, что сможет вести прежнюю жизнь. Но никто из нас не может дать ему такой неквалифицированный ответ. Очень трудно предсказать, как именно будет восстанавливаться организм и что в результате ждет пациента в будущем.
— Что ж, неважно, почувствует он это или нет, я бы с удовольствием дала мистеру Кавано хорошего пинка за то, что мне пришлось впустую потратить время.
Бо Арно потер щеки.
— Я говорил с миссис Рэндольф. Ваша сестра предложила — и я с этим предложением согласен, — чтобы вы отправились следом за мистером Кавано на Мауи и там начали занятия лечебной физкультурой.
— Ах вот оно что! И это моя сестра! В следующий раз, когда будете с ней говорить, передайте ей, пожалуйста, от меня эти слова. — То, что последовало дальше, заставило доктора Арно покраснеть. — А теперь, если позволите, господин Арно, я отправлюсь на поиски отеля с самым горячим душем и самой жесткой постелью, какие только можно найти на островах, и воспользуюсь и тем, и другим. И не обязательно именно в таком порядке.
— Прошу вас, мисс Мэйсон. — Арно встал с кресла и умоляющим жестом попросил ее оставаться на месте. Больше от усталости, чем из смирения, Лила снова села. — Если вы действительно такой хороший специалист, то этот пациент отчаянно в вас нуждается.
— А акулы нуждаются в пище. Но это не значит, что я намереваюсь добровольно отправиться им в пасть.
— Все будет не настолько плохо. — Лила наградила Арно испепеляющим взглядом. Он первым отвел глаза. — Конечно, следует помнить, — врач заерзал под проницательным взглядом голубых глаз Лилы, — что мистер Кавано привык всегда поступать по-своему. С ним может быть трудно. Но я уверен, что вы сумеете с ним справиться.
Говоря это, он разглядывал белую кожаную куртку Лилы, украшенную серебряными клепками и шестидюймовой бахромой. Это одеяние было слишком теплым для местного климата, но Лиле не представилась возможность его снять, и потом, ходить в куртке было легче, чем тащить ее в руках.
— Прошу вас, измените свое решение, поезжайте на Мауи.
— Вам знакомо слово «нет»?
Теряя остатки терпения. Лила слушала, как доктор Арно перечислял те же самые причины, что и Элизабет с Тедом, когда уговаривали ее согласиться на эту работу.
— Ну, ладно, ладно! — воскликнула Лила так внезапно, что доктор подскочил в своем кресле. — Именно сейчас я готова продать душу дьяволу за возможность искупаться. Где находится Мауи и как я смогу туда добраться?
Не думая о расходах, Лила заказала все необходимое оборудование, которое она хотела взять с собой. Пока доктор договаривался об этом и о частном самолете, на котором Лила сможет добраться на другой остров, она вышла из больницы, взяла такси и отправилась на продуваемый всеми ветрами базарчик. Она воспользовалась имеющимися у нее деньгами и купила себе несколько вещей, более подходящих для Гавайских островов.
К тому времени, как она сошла с частного самолета на землю острова Мауи, Лила уже облачилась в яркий саронг и сменила свои невысокие ботинки на легкие сандалии. На голову она водрузила широкополую соломенную шляпу, чтобы спрятаться от солнца, и теперь высматривала свою машину. В фирме, сдающей в прокат автомобили, ей пообещали, что машина будет оставлена на стоянке «В-4» в аэропорту.
Усевшись за руль и вооружившись картой, Лила отправилась в тропическую резиденцию Адама Кавано. Великолепное шоссе сменилось дорогой похуже и поуже, а ей на смену пришла ухабистая проселочная дорога. Лила чертыхалась на каждом ухабе, подбрасывавшем ее кверху. Дорога вела в сторону гор, поросших такой густой зеленью, что даже раздражение Лилы не могло убавить ее восхищения богатством экзотической растительности.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19
 удлиненные зимние мужские куртки 

 https://dekor.market/plitka/fap-ceramiche/