А-П

П-Я

 https://www.dushevoi.ru/products/dushevie_paneli/dushevye-stojki/ 
 https://pompadoo.ru/product/2526-amouage-ciel/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

– Делейни ступила на лестницу и нащупала в кармане ключи от квартиры. – Ладно, забудь, об этом.
Делейни решила, что Луи ошибся. Ник вел себя так, будто ему все равно, потому что ему действительно было все равно.
– Делейни!
– Что?
Делейни взялась за ручку двери.
– Вчера я тебе соврал.
Она оглянулась, но ей не было видно его лица.
– Когда?
– Когда сказал, что на твоем месте могла быть любая женщина. Тебя я бы узнал даже с закрытыми глазами. – Помолчав, Ник добавил: – Я бы тебя отличил ото всех.
Почему-то сейчас, в темноте, его глубокий низкий голос звучал даже более интимно, чем если бы он говорил шепотом. Потом скрипнула дверь, щелкнул замок, и Делейни поняла, что осталась одна. Она огляделась, но дверь была закрыта и ничто не напоминало о том, что Ник только что был здесь. Его слова поглотила ночь, словно он их и не произносил.
Войдя в квартиру, Делейни сбросила ботинки и поставила в микроволновку готовое диетическое блюдо. Включив телевизор, она попыталась смотреть новости, но ей было трудно сосредоточиться даже на прогнозе погоды. Мысли ее все время возвращались к разговору с Ником. Делейни все вспоминала, как он сказал, что отличил бы ее даже с закрытыми глазами, и напоминала себе, что «хороший» Ник гораздо опаснее, она достала из микроволновой печи обед, и села за стол, размышляя, пожелает ли Фрэнк Стюарт обсудить и с ней самые последние слухи. Как и десять лет назад, снова весь город перешептывается за ее спиной. Горожане обсуждают, как они с Ником «баловались» в салоне. Но в отличие от прошлого раза сейчас она не может отсюда сбежать.
До того как приняла условия завещания Генри, Делейни часто переезжала. Она была вольна сняться с места и уехать в любой момент, как только ей этого захочется. Она всегда сама контролировала собственную жизнь. Но сейчас все изменилось, все было неопределенно и неподвластно ее контролю. И в центре всей этой неразберихи находился Ник Аллегрецца. Он всегда был одной из главных причин, почему она вела беспорядочную жизнь.
Делейни встала и прошла в спальню. Она бы и хотела свалить всю вину на Ника, так ей было бы легче, но обнаружила, что почему-то не может его ненавидеть. Он злил ее сильнее, чем кто бы то ни было, но она никогда не могла по-настоящему его возненавидеть. Хотя если бы ей это удалось, ее жизнь стала бы намного проще.
Ночью Делейни приснился сон, который быстро превратился в кошмар. Ей снилось, будто пришел июнь и она выполнила условия завещания Генри. Теперь она свободна и ее переполняет радость. Ее заливает солнечный свет, такой яркий, что даже слепит. Все наконец хорошо, и у нее даже есть потрясающие лиловые туфли на платформе. Словом, жизнь удалась.
В ее сне Макс вручает ей чек в огромной коробке, да так торжественно, словно она выиграла телевизионную викторину. Она садится в свою «миату» и направляется прочь из города. У нее такое ощущение, как будто с души свалилась непосильная тяжесть. Чем ближе граница Трули, тем легче у нее на душе.
Она едет из города долго – как ей кажется, уже несколько часов, но когда свобода уже близка, ее «миата» вдруг превращается в игрушечную машинку. И Делейни оказывается на обочине дороги с огромной коробкой под мышкой. Она смотрит на крошечную машинку, которая стоит рядом с ее правой туфлей, и пожимает плечами, как будто такие вещи происходят сплошь и рядом. Потом она сует машинку в карман, чтобы ее не украли, и пешком идет дальше, к границе города. Но сколько бы времени и с какой бы скоростью она ни шла, табличка «Вы покидаете Трули» по-прежнему остается еле видной вдали. Делейни бросается бежать, сгибаясь под тяжестью коробки с чеком. Чек становится все тяжелее и тяжелее, но она его не бросает и все бежит и бежит; у нее уже все болит и нет больше сил бежать. Границы города по-прежнему остаются где-то далеко впереди, и она вдруг отчетливо понимает, что застряла в Трули навсегда.
Делейни села в кровати, на губах замер безмолвный крик. Она тяжело дышала, ее прошиб холодный пот. Ей только что приснился самый страшный кошмар в ее жизни.
Глава 12
Из огромных динамиков, установленных в кузове пикапа нового мэра, гремела музыка. Пикап опутывала бутафорская паутина, на раме стояли две могильные плиты. Пикап медленно полз по Мэйн-стрит, за ним тянулась вереница ведьм и вампиров, клоунов и принцесс. С музыкой сливалась оживленная болтовня привидений и гоблинов, которые открывали парад в честь Хеллоуина.
Делейни стояла перед своим салоном в неплотной толпе, ежась и кутаясь в зеленое шерстяное пальто с большими блестящими пуговицами. Она мерзла в отличие от Лайзы, которая спокойно стояла рядом с ней в тонкой трикотажной кофте и перчатках. Прогноз обещал на этот последний октябрьский день необычно теплую погоду – температура должна была скакнуть до четырех градусов тепла.
В детстве Делейни обожала парад по случаю Хеллоуина, ей нравилось наряжаться в маскарадный костюм и маршировать по городу к школьному гимнастическому залу, где проходил конкурс костюмов. Она, правда, никогда не побеждала в конкурсе, но он ей все равно нравился. Парад давал Делейни возможность нарядиться и накраситься. Сейчас, глядя на шествие, она спросила себя, подают ли по-прежнему сидр и пончики с глазурью и раздает ли теперешний мэр пакетики с конфетами, как это делал Генри.
– Помнишь, как в шестом классе мы сбрили брови и нарядились маньяками-убийцами, и еще нарисовали на шеях кровь? – спросила подругу Лайза. – И твоя мать страшно разозлилась.
Делейни помнила, даже очень хорошо. В тот год мать приготовила для нее дурацкий костюм невесты. Делейни притворилась, что платье ей понравилось, но на парад явилась в костюме забрызганного кровью убийцы без бровей. Сейчас, вспоминая тот случай, Делейни сама не понимала, как у нее хватило храбрости сделать нечто такое, за что – она точно это знала – мать на нее рассердится.
На следующий год ей пришлось идти на парад в костюме Смерфа.
– Посмотри на этого мальчишку с собакой. – Делейни показала на мальчика, изображавшего пакетик жареной картошки из «Макдоналдса», а его такса была наряжена пакетиком кетчупа. Делейни давно не бывала в «Макдоналдсе». – Эх, я бы сейчас съела двойной чизбургер.
Она вздохнула, представив себе аппетитный сандвич, от которого у нее слюнки потекли.
– Может, он идет по соседней улице.
Делейни покосилась на подругу.
– А вот за это я бы тебя поколотила.
– Куда тебе со мной тягаться, хилая горожанка! Смотри, ты совсем замерзла в своем теплом пальто.
– Просто я еще не акклиматизировалась, – пробурчала Делейни, глядя, как с тротуара сходит и присоединяется к колонне женщина-динозавр с маленьким динозавриком.
За спиной Делейни хлопнула дверь, она оглянулась, но в салон никто не вошел.
– А где Луи?
– На параде с Софи.
– И кем он нарядился?
– Увидишь. Это сюрприз.
Делейни улыбнулась. У нее тоже был приготовлен сюрприз; для этого ей сегодня пришлось встать очень рано, но она рассчитывала, что если все получится, то дела ее салона резко пойдут в гору.
Мимо медленно проехал еще один грузовик, на платформу которого был водружен большой дымящийся котел. У котла стояла ведьма с всклокоченными черными волосами и зеленым лицом. Ее лицо показалось Делейни смутно знакомым.
– Кто эта ведьма? – спросила она.
– Да это Нейва. Помнишь Нейву Миллер?
– Конечно.
В детстве Нейва была отчаянной возмутительницей спокойствия. Она потчевала Делейни рассказами о том, как воровала выпивку, курила травку и занималась сексом со всей футбольной командой. А Делейни жадно ловила каждое слово.
Делейни наклонилась к Лайзе и шепотом спросила:
– Помнишь, она рассказывала, как делала минет Роджеру Боннеру, пока тот стоял у руля катера и катал своего младшего брата на водных лыжах? А ты не знала, что такое минет, и она расписала нам это дело во всех красочных подробностях.
– Ага, тебя тогда еще вырвало. – Лайза показала на мужчину, сидевшего за рулем грузовика, – А это ее муж, пастор Джим.
– Пастор? Черт!
– Да! Она спаслась, а может, переродилась или как там еще. Пастор Джим проповедует в маленькой церкви на Седьмой улице.
– Не Джим, а Тим, – раздался прямо рядом с Делейни до боли знакомый голос.
Она мысленно застонала. Как это похоже на Ника – подкрадываться к ней, когда она этого меньше всего ожидает.
– Откуда ты знаешь, что пастора зовут Тим? – поинтересовалась Лайза.
– Пару лет назад мы строили ему дом.
Голос Ника звучал низко и чуть хрипловато – так, как будто он с утра еще мало разговаривал.
– А я думала, что он молится за твою душу.
– Нет, за мою душу молится моя мать.
Делейни быстро взглянула на Ника.
– Тогда, может, ей стоит совершить паломничество в Лурдес или в тот черепаховый храм в Нью-Мексико?
Ник улыбнулся. Он был в свитере с капюшоном, капюшон был надет, и на грудь Ника свисали длинные белые шнурки. Волосы он зачесал назад.
– Возможно.
Делейни снова переключила внимание на парад. Она подняла плечи и спрятала замерзший нос в воротник пальто. Плохо, когда Ник пытается ее соблазнить, хуже этого может быть только одно – когда он не пытается этого делать и ей приходится гадать почему. С того дня, когда она постучалась в дверь его офиса, они почти не виделись, по молчаливому соглашению избегая друг друга.
– Откуда ты взялся? – спросила Лайза.
– Из офиса, мне нужно было сделать несколько звонков. Софи уже проходила?
– Нет еще.
Мимо на роликовых коньках проехали четверо мальчишек, одетых кровавыми хоккеистами. Сразу за ними появился Томми Маркем, который нарядился рикшей и тащил в тележке свою жену, Хелен была одета как леди Година, а на спине у рикши висела табличка «Дом причесок Хелен». Качественная стрижка за десять долларов». Хелен махала рукой и посылала толпе воздушные поцелуи. На голове у нее красовалась корона с фальшивыми бриллиантами, которую Делейни знала даже слишком хорошо.
Она опустила воротник пальто.
– Господи, как это нелепо! Она до сих пор носит корону, которую надевала на вечер выпускников!
– Она с гордостью надевает ее каждый год, как будто она английская королева или кто-нибудь в этом роде.
– А помнишь, как она развернула кампанию в поддержку королевы вечера выпускников, а я не стала этого делать, потому что такая кампания запрещена правилами? И хотя она и выиграла, ее следовало дисквалифицировать. Корона должна была быть моей.
– Ты до сих пор из-за этого злишься?
Делейни скрестила руки на груди.
– Нет.
Но она злилась. Ее разбирала досада на то, что Хелен до сих пор ее раздражает, хотя прошло столько лет. Делейни было холодно, она нервничала и остро сознавала присутствие Ника, стоящего с ней рядом. Слишком остро. Ей даже не нужно было на него смотреть, чтобы узнать, насколько близко он стоит. Она ощущала его как большую живую стену.
За исключением того раза, когда Ник приехал на парад на велосипеде и стал показывать каскадерские трюки, что кончилось для него несколькими швами на голове, он всегда наряжался на Хеллоуин пиратом. Всегда. И каждый раз у Делейни, стоило ей увидеть его повязку на глазу и бутафорский меч, тут же потели руки от волнения. Очень странная реакция, особенно если учесть, что Ник обычно говорил ей, что она выглядит глупо.
Делейни повернула голову и снова посмотрела на Ника. Он откинул капюшон, волосы его были собраны в конский хвост, а в ухе блестела круглая золотая серьга. Он по-прежнему походил на пирата, и у нее сладко засосало под ложечкой.
– Я не видел на стоянке твою машину, – сказал Ник, глядя Делейни в глаза.
– Ее там нет. Ее взял Стив.
Ник нахмурился.
– Стив?
– Ну да, Стив Эймс, он у тебя работает.
– Крашеный блондин, очень молодой?
– Не такой уж он и молодой.
– Угу. – Ник переступил с ноги на ногу и слегка наклонил голову. – Не очень.
– Вообще-то он милый.
– Он гомик.
Делейни подняла бровь и повернулась к подруге.
– Как ты думаешь, Стив гомик?
Лайза перевела взгляд с Ника на Делейни.
– Не хочу тебя расстраивать, но этот парень мнит себя звездой и все время наигрывает на воображаемой гитаре.
Делейни сунула руки в карманы пальто и посмотрела на участников шествия. Мимо проходили Спящая красавица, Золушка и Поцелуйчик Хершиз. Лайза сказала правду. Делейни встречалась со Стивом два раза, и он действительно так себя вел. Он «играл» мелодии групп «Нирвана» и «Метал хэд» и даже изображал Церковный хор мормонов. Он играл все, и слушать его было ужасно неловко. Но сейчас он был единственным, кого Делейни хотя бы с натяжкой могла назвать своим бойфрендом, хотя ей не хотелось так его называть. Но с тех пор как она приехала в Трули, Стив был единственным свободным мужчиной, обратившим на нее внимание.
Не считая Ника. Но Ник несвободен – вернее, недоступен. Во всяком случае, для нее. Делейни посмотрела на улицу и увидела, что из-за угла выезжает ее «миата». Стив вел машину одной рукой, его крашеные, коротко стриженные волосы стояли торчком. Позади него с важным видом, словно королевы красоты, сидели две девочки-подростка, еще одна махала с переднего сиденья. Волосы девочек были уложены и подстрижены так, будто подростки сошли со страниц журнала. Блестящие, по-модному разлетающиеся волосы. Делейни целенаправленно искала школьниц, которые бы не были членами команды болельщиц или активистками клуба, – ей нужны были обычные девушки, иа примере которых можно было бы показать фантастическое преображение. И на прошлой неделе она таких наконец нашла. Получив «добро» от их матерей, она поработала над прическами девочек рано утром, в день парада. А на случай, если этого окажется недостаточно, с обеих сторон прилепила на машину плакаты: «Пик моды! Исправляем десятидолларовые стрижки».
– Хелен лопнет от злости, – пробормотала Лайза.
– Надеюсь, что так.
Мимо прошла компания оборотней, смертей с косами и трупов, затем из-за угла показался старинный «шевроле», за рулем которого сидел Луи. Взглянув на его темные волосы, уложенные валиком, с помощью геля, Делейни расхохоталась. Он был в белой футболке, за край закатанного рукава которой была засунута пачка сигарет. Рядом с Луи сидела Софи в щегольских темных очках, ее волосы были уложены в высокий конский хвост, губы накрашены ярко-красной помадой. Она куталась в большую кожаную куртку Ника и жевала жвачку, надувая пузыри.
– Дядя Ник! – крикнула девочка, посылая ему воздушный поцелуй.
Делейни услышала его низкий смешок, через секунду Луи дал газ. Древний автомобиль затрясся, заурчал и в качестве финального аккорда громко «выстрелил» глушителем.
От неожиданности Делейни отшатнулась и столкнулась с твердой и неподвижной, как стена, грудной клеткой Ника. Большие руки схватили ее за плечи, а когда Делейни подняла голову, ее волосы задели его по шее.
– Извини, – пробормотала Делейни.
Он сжал ее плечи сильнее, и Делейни сквозь ткань пальто почувствовала хватку его пальцев. Скользнув взглядом по ее щекам, Ник перевел взгляд на ее губы.
– Не извиняйся.
Он снова посмотрел ей в глаза, и в его взгляде горело странное напряжение, как будто он хотел поцеловать ее тем поцелуем, от которого ее сопротивление всегда таяло.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37
 купить куртку кожаную женскую 

 https://dekor.market/ 
 ламинат unilin дуб колорадо lfr132